— Конечно! — Он аккуратно обвел ее холодную кисть вокруг своего локтя и покрепче прижал к себе. — Вы видели, как это произошло?

— Of course! Как в плохом американском кино! — Она вдруг еще сильней побледнела и несколько раз глотнула ртом воздух. Он уже пожалел, что санитару так поспешно дали отставку.

— Ангелина Германовна!

— Да. Все нормально, — ответила она шепотом, натужная улыбка стойко держалась на ее лице, — профзаболевание: когда нервничаю, теряю голос. Я же не всегда работала с детьми, между прочим, до недавнего времени я заведовала кафедрой английского в БГУ. А было все как в плохом американском кино, я вам уже говорила. Только не подумайте, раз я старая швабра, значит, любое американское кино новее «Унесенных ветром» считаю плохим. Просто в хорошем кино мафиози не устраивают перестрелок там, где гуляют дети. Всему свое место, вы меня понимаете?

— То есть была перестрелка? Кто в кого стрелял?

— Я, наверное, неправильно выразилась, представьте себе, внутри все как-то оборвалось, до сих пор не могу прийти в себя. Это просто чудо, что мы с Юленькой остались целы! Стреляли из той машины, — указала она на горящий «форд», — и как стреляли! Знаете, как говорят: косить из пулемета. Тра-та-та-та-та-та, тра-та-та-та-та-та, и всех наповал! Один этот депутат Госдумы не пострадал. Профессиональный трус и чутье похлеще, чем у его же собаки, — еще до первого выстрела плюхнулся на брюхо, голову руками закрыл и дрожал так, что земля тряслась.

— Какой депутат?! — Владимиров только теперь представил себе размах дела и чертыхнулся про себя: следователь прав, с минуты на минуту слетится все начальство, как пить дать, и такое начнется — мало не покажется.